Естественные пути передачи вирусов гепатитов В и С в условиях семьи

Ключевые слова: гепатит В, гепатит С, семейный очаг, естественные пути передачи.

Вирусные гепатиты, являясь группой различных по этиологии, эпидемиологии и клинике заболеваний, продолжают занимать одно из ведущих мест среди медицинских проблем современности. Этиологическая структура острых и хронических форм этих инфекций представлена 8 вирусами гепатитов: A, B, C, D, E, G, TT, SEN [1,2]. Всевозрастающую эпидемиологическую и социально-экономическую значимость парентеральных вирусных гепатитов обусловливают их чрезвычайно высокая распространенность, поражение молодого трудоспособного населения, тяжелые и в некоторых случаях летальные исходы, высокий уровень хронизации с дальнейшим переходом в цирроз печени и гепатоцеллюлярную карциному [5,8].

Изучение эпидемического процесса при парентеральных гепатитах, в частности обнаружение факта естественного распространения вируса гепатита В (ГВ), а затем и гепатита С (ГС), потребовало переосмысления представлений об источниках возбудителей, механизмах, путях и факторах их передачи. Обосновано существование естественных, эволюционно сформировавшихся, и искусственных путей передачи вирусов, создающих дополнительные условия их перемещения [2,3]. Благодаря совершенствованию мер, направленных на обеспечение безопасности гемотрансфузий, а также расширению возможностей применения инструментария одноразового пользования, при проведении лечебно-диагностических манипуляций значительно сократился риск артифициального заражения ГВ и ГС в медицинских учреждениях [4]. В результате чего происходит возрастание роли естественного инфицирования в структуре путей передачи возбудителей этих инфекций [6,9,10]. Отсюда становится очевидной необходимость проведения исследований по выявлению особенностей реализации естественного механизма распространения парентеральных гепатитов, что крайне важно в рамках совершенствования системы эпидемиологического надзора за вирусными гепатитами.

Цель настоящей работы – изучение закономерностей внутрисемейной передачи вирусов ГВ и ГС.

Материал и методы. Проведено эпидемиологическое динамическое наблюдение в семейных очагах ГВ и ГС, включавшее серологический мониторинг больных и контактных. Исследованиями были охвачены семьи больных хроническим ГВ, носителей HBsAg, а также лиц с наличием антител к вирусу ГС (анти-ВГС). Всего обследовано 127 очагов, сформированных взрослыми (62,7%) и детьми (37,3%). Лица, формирующие очаг, и контактные (970 человек) были обследованы в динамике (минимальный интервал между повторными исследованиями составлял 6 мес.). Маркеры ГВ (HBsAg, анти-HBs, анти-HBс IgM и IgG, HBeAg, анти-HBe) и ГС (анти-ВГС) в сыворотке крови определяли методом иммуноферментного анализа с диагностическими тест-системами фирм Behring, Orgenics, Вектор-Бест (Новосибирск), Диагностические препараты (Н/Новгород), Аквапаст (Санкт-Петербург).

Результаты и обсуждение. Серологические исследования, проведенные в динамике, выявили неодинаковую интенсивность эпидемического процесса в очагах хронического ГВ и носителей HBsAg. Было установлено, что в семейных очагах больных HBsAg – позитивным хроническим ГВ частота обнаружения HBsAg среди контактных значительно превысила таковую в очагах носителей HBsAg, составляя 27,9 и 2,8 % соответственно. Последний показатель весьма близок к уровню серопозитивности здорового населения республики в отношении HBsAg.

В окружении больных хроническим ГВ при первичном серологическом скрининге антигенные и антительные маркеры этой инфекции моно или в различных сочетаниях были обнаружены у 44,5 % членов семей. Повторные обследования контактных в динамике показали рост инфицированности до 86,7 %. Процесс распространения ГВ среди общавшихся с источником инфекции проявлялся в виде прироста носителей HBsAg и увеличения доли лиц, содержащих антитела. При подробном эпидемиологическом изучении было установлено, что у 83% контактных, имеющих маркеры ГВ, не выявлено парентерального анамнеза. Это дает основание полагать, что инфицирование этих членов семей больных хроническим ГВ и носителей HBsAg происходило в результате реализации естественных (контактно-бытовой, половой) путей передачи вируса ГВ.

Интенсивность циркуляции вируса ГВ в семейных очагах была обусловлена активностью процесса у источника инфекции. При наличии маркеров активной репликации вируса (анти-HBc IgM и HBeAg) у лица, формирующего очаг, увеличивалось число членов семьи, вовлеченных в эпидемический процесс. Признаки вирусной активности были установлены у 80% больных хроническим ГВ. Лица с наличием HBeAg представляют наибольшую эпидемическую опасность в силу своей высокой инфекционности, что приводит к повышению общей инфицированности среди контактных и к увеличению широты их охвата инфекцией. Так, в 95% подобных очагов серопозитивными в отношении ГВ были более одного члена семьи. Между тем, при отсутствии HBeAg лишь в 10 % очагов маркеры ГВ имели более одного контактного.

Вопрос о значении естественных путей передачи вируса ГС все еще остается открытым. При обследовании нами семейных очагов лиц, инфицированных вирусом ГС, серопозитивными были 7,2% контактных. При сборе эпидемиологического анамнеза в 92 % случаев отсутствовали факты возможного артифициального инфицирования, следовательно, происходило внутрисемейное распространение инфекции с участием естественного механизма. Результаты исследования согласуются с данными литературы [7] о том, что реализация естественных путей передачи вируса ГС возможна, однако внутрисемейное распространение ГС менее активно, чем в очагах ГВ.

Установлено, что интенсивность эпидемического процесса ГВ и ГС выше в очагах, сформированных детьми. Так, серопозитивность контактных в отношении ГВ в семейном окружении больных детей была вдвое больше, чем инфицированность членов семей взрослых больных.

Частота обнаружения маркеров ГВ и ГС в семейных очагах среди контактных зависела от степени родства с источником инфекции. Наиболее часто эти маркеры определялись у супругов, реже у детей и родителей, чаще происходило инфицирование жен, чем мужей. Когда источником инфекции ГВ был муж, жены инфицировались в 23,9, дети – в 3,2, другие члены семьи – в 2,3 %. В случае формирования очага женой передача инфекции мужьям происходила в 12,2, детям – в 10,3, другим членам семьи – в 3,9 %. В окружении больных детей матери были инфицированы в 32,8, отцы – в 9,4, сибсы – в 14,7, другие члены семьи – в 6,2%. Следовательно, для детей при домашних контактах наибольшую эпидемическую опасность представляют дети, при естественном инфицировании взрослых превалирует половой путь, за исключением случаев активного инфицирования матери от ребенка.

Эпидемический процесс ГВ и ГС в семейных очагах поддерживается за счет передачи малых доз возбудителей естественными путями – контактно-бытовым и половым. Среди контактных лиц формируются в основном бессимптомные варианты инфекции. Вследствие этого оценка интенсивности распространения ГВ и ГС в семейных очагах возможна на основании результатов полноценного серологического обследования членов семей в отношении маркеров этих инфекций.

Выводы.

1. В семейных очагах ГВ и ГС создаются условия для реализации естественных путей передачи инфекции. Выявлена ведущая роль полового пути при естественном инфицировании взрослых.
2. Активность эпидемического процесса в семейных очагах хронического ГВ определяется наличием HBeAg у лица, формирующего очаг.
3. Показана возможность естественных путей передачи ГС в очагах, однако внутрисемейное распространение ГС менее активно, чем в очагах ГВ.
4. В очагах, сформированных детьми, происходит более интенсивная передача вирусов ГВ и ГС, чем в семейном окружении взрослых.
5. Эпидемический процесс парентеральных гепатитов в семейных очагах носит скрытый характер и формируется неманифестными субклиническими формами инфекции. Индикация комплекса специфических маркеров ГВ и ГС у контактных позволяет определить распространенность инфекции в очагах, интенсивность и динамику эпидемического процесса, что необходимо учитывать при совершенствовании системы эпидемиологического надзора за вирусными гепатитами.

Литература

1. Балаян М.С., Михайлов М.И. Энциклопедический словарь – вирусные гепатиты. М.: Амипресс, 1999, с. 302.
2. Гурьянова Н. С., Коза Н. М., Асратян А.А. и др. Естественные пути передачи возбудителей гепатитов В и С в семейных очагах. Эпидемиология и инфекц. бол., 1999, 6, с. 48.
3. Михайлов М.И., Потятынник О.Н., Гомберг М.А. Половой путь передачи вирусных гепатитов. Мир вирусных гепатитов., 2003, 2, с. 2.
4. Онищенко Г.Г., Шахгильдян И.В., Михайлов М.И. Вирусные гепатиты В и С в России. Гепатиты В, С и D – проблемы диагностики, лечения и профилактики. М., 2003, с. 230.
5. Раков А.Л., Лобзин Ю.В., Горбаков В.В. и др. Актуальные проблемы гепатологии: эпидемиология вирусных гепатитов. М., 2002, с. 95.
6. Савельев С.И., Ходякова И.А., Щукина И.А. и др. Риск инфицирования вирусами гепатитов С и В в семейных очагах. Гепатит С (Российский консенсус). М., 2000, с. 121.
7. Ackerman Z., Ackerman E., Paltiel O. Intrafamilial transmission of hepatitis C virus: a systematic review, J. Viral. Hepat., 2002, v.2, p. 93-103.
8. FitzSimons D., Van Damme P., Emiroglu N. et al. Strengthening immunization systems and introduction of hepatitis B vaccine in central and eastern Europe and newly indenpendent states., Vaccine, 2002, v. 20, p. 1475-1479.
9. Halfon P., Riflet H., Renou C. et al. Molecular evidence of male-to-female sexual transmission of hepatitis C virus after vaginal and anal intercouse, J. Clin. Microbiol., 2000, v. 39, p. 1204-1206.
10. Ordog K., Szendroi A., Szarka K. et al. Perinatal and intrafamily transmission of hepatitis B virus in three generations of a low- prevalence population, J. Med. Virol., 2003, v. 70, p. 194-204.
11. Poovorawan Y., Chatchatee P., Chongsrisavat V. Epidemiology and prophylaxis of viral hepatitis: A global perspective, J. Gastroenterol. Hepatol., 2002, v. 17, Suppl. 1, p. 155-166.
12. Tanaka K., Stuver S.O., Ikematsu H. et al. Heterosexual transmission of hepatitis C virus among married couples in southwestern Japan, Int. J. Concer., v. 72, p. 50-55.

Вопросы, ответы, комментарии